Сумасшедшие

— Дети, — спросила тётя Галя, — а этот сумасшедший не опасный?

Мы придвинулись ближе: намечался интересный разговор.

Тётя Галя недавно переехала в нашу южную провинцию из Ленинграда. Она говорила, что сделала это исключительно из-за климата, а так она, конечно, никогда бы не променяла город Революции на наш. Когда тётя Галя рассказывала о переезде, она возводила очи горе и всем своим видом давала понять на какие жертвы ей пришлось пойти и как многого она лишена теперь.

Мы спрашивали: есть ли в Ленинграде тёплое Чёрное море, такое же как у нас и, получив ответ, недоумевали — о чём тогда жалеть-то?

Знакомых тётя Галя ещё толком не завела и часто останавливалась, чтобы побеседовать с нами, детворой. Нам это нравилось и мы слушали её рассказы или пугали, показывая то пойманного краба то большую, фиолетовую жужелицу.

— Ну, этот, — продолжала тётя Галя. — С колокольчиком.

А-а-а… Пару раз в неделю в наш «городок» — небольшой райончик из трёхэтажных, стоящих полукольцом, домов — приезжал грузовик. К грузовику была прицеплена бочка с молоком. Водитель дядя Миша оставлял бочку и машину на въезде, а сам обходил дворы. В руке у него был большой колокольчик, чьим звоном он оповещал окрестных хозяек о своём прибытии. Потом дядя Миша надевал белый фартук, садился за бочку, открывал отделение для крана и превращался в продавца.

Тётя Галя раньше не сталкивалась с таким видом торговли, машины не видела и принимала дядю Мишу за городского сумасшедшего, который гуляет на свободе со своей любимой игрушкой.

— Нет, — сказала Натка. — Он не опасный. Просто немного не в себе.

— Это как?

— Ну-у-у… — Натка скосила глаза в сторону — она ещё не умела врать, глядя на человека прямо. — Понимаете… Понимаете, он раньше работал учителем в школе. И вот как-то раз, на первое сентября, дядя Миша нёс на руках одну девочку. Первоклашку. И та звонила в колокольчик.

Мы внимательно слушали что же ещё наплетёт Натка.

— И вдруг он споткнулся и уронил девочку. Та упала и сильно ушиблась, аж кровь потекла. И потеряла сознание. А дядя Миша подумал, что она умерла. И от этого он так переволновался, что сошёл с ума. Теперь он всё время ходит с колокольчиком и звонит в него, словно сегодня первое сентября.

Мы аж задохнулись от такого вранья, но ничего не сказали.

— Вы не волнуйтесь, тётя Галя, — продолжала хитрая Натка. — Если что, скажите ему так: «А у вас бочка укатилась» и он сразу уйдёт.

Тётя Галя смотрела на нас и не знала: верить или нет? На новом месте она уже несколько раз обжигалась. Мы рассказывали ей истории, которые ей казались невероятными, но на поверку выходили правдой. И наоборот. Но Натка врала очень убедительно, а тётя Галя уже записала дядю Мишу в душевнобольные. Так что…

Так что однажды, когда тётя Галя резко вышла из-за угла дома и столкнулась с дядей Мишей, она на секундочку опешила, а потом пролепетала:

— А у вас там бочка… укатилась…

Дядя Миша молча, суровым взглядом, смерил замершую тётю Галю, которая была ему по грудь, развернулся и рысцой побежал к своему грузовику.

Мы, не сговариваясь, упали со скамейки, на которой сидели, и немного покатались по траве.

В тот же день, когда мы с эмалированными бидончиками пришли к бочке, дядя Миша, наливая нам молоко, буркнул в усы:

— Она что — сумасшедшая?

— Кто? — невинно закатила глаза Натка.

— Соседка эта ваша. Новая.

— А кто её знает? Она из Ленинграда. Говорит, кроме моря у нас ничего нет. Ни театров там, ни концертов. И крабов боится.

— Концертов? Хм-хм, — дядя Миша сунул нам бидончики, показывая, что разговор окончен.

А потом мы как-то видели, что дядя Миша и тётя Галя стояли во дворе и о чём-то разговаривали. Дядя Миша усмехался в усы, а тётя Галя смеялась и поглядывала на нас.

Дальше — больше: дядя Миша появился во дворе и мы его сначала не узнали без белого фартука. На нём были чёрный костюм и галстук. Смотрелся он по-дурацки. Дядя Миша поднялся в подъезд, а вскоре вышел, ведя под ручку тётю Галю.

— Ой, не могу! — сказала Натка. — Цирк!

Дядя Миша больше не возил молоко. Кто-то из ребят видел его за рулём большого, мощного самосвала. А старый грузовичок водил какой-то молодой парень. Торговать он, наверное, не умел и с ним ездила тётка в халате, которая и садилась за бочку.

А потом, когда с деревьев облетали листья, а мы таскались в школу с портфелями и ранцами, в наш двор въехала белая «Волга». Из машины вышел дядя Миша с друзьями. Появилась тётя Галя. Она, несмотря на погоду, была в белом, подвенечном платье. Дяди Мишины друзья бросали ей под ноги россыпи мелких монет и она ступала по ним, не замечая.

Когда они уехали, а мы подобрали все монетки до единой, Натка сказала:

— Вот старые уже — лет по тридцать, а всё туда же.

Мы согласно покивали.

Ну, сумасшедшие — что возьмёшь?

(c) nik.rasov

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Optionally add an image (JPEG only)